Category: лытдыбр

Category was added automatically. Read all entries about "лытдыбр".

про душесбережение

Это плакат, если мой Альцгеймер мне не изменяет, 1984 года. Можно сказать, последний год "твердой" Советской власти.

"Приобретательская страсть способна душу обокрасть".

Вот вроде бы все правильно, как это вообще касательно нашего советского агитпропа, но есть "но...".

( Свернуть )

Советский Союз не был богатой страной. Этому были нормальные объяснения (я не про либеральный вздор про неэффективность плановой экономики). Два раза в одном столетии приходилось восстанавливать разрушенное народное хозяйство - при этом в первый раз иногда просто строить с нуля, спасибо царям-батюшкам, проспавшим модернизацию, после второй мировой приходилось жертвовать благосостоянием народа, чтобы гарантировать страну от какого-нибудь нового вторжения иностранцев, только уже с ядерными бомбами. Эту задачу выполнили, и сейчас, когда некоторые удивляются, а чего это вот русские фигуристки стоят на пьедесталах под какими-то странными тряпочками и под какую-то странную музыку, то эти люди просто не понимают, что с СССР такое издевательство не прошло бы, потому что сколько там танков - 20 тысяч? 40 тысяч? - и как если они все заведут свои моторы да поедут в одну сторону...

Collapse )

О карьере в России

«Заметил низкий уровень образования политической элиты Запада». Нет, как раз нет, что вы? Давайте не будем так уж, собственно, нападать на политическую элиту Запада. Понимаете ли, низкий уровень образования заметен как раз в российской политической элите. Потому что в ней, как вы знаете, процент людей с высшим образованием — с качественным высшим образованием, не с ворованными диссертациями — примерно процентов 20. А на Западе всё-таки люди, прошедшие Йель и Гарвард, составляют процентов эдак 60, как бы не 80, например, в американской политической элите. Люди, прошедшие Оксфорд, в британской, и так далее.

То есть образованность не является в России критерием успеха. Напротив, она является, скорее, некоторым тормозом, некоторой помехой. Потому что — как бы так сформулировать? Образованность — это же не ум. Образованность — это институциональность, соответствие определенным критериям карьеры.

Collapse )

Рассуждения на околосоциальные темы

Россия вообще, к сожалению, находится в нисходящем тренде. Большевики были хуже царской власти, постбольшевистская власть была хуже большевиков (хуже потому, что если большевики хотя бы руководствовались какими-то правилами, то это было просто торжество абсолютного цинизма), а то, что пришло после романтиков перемен, которые тоже очень недолго удержались, оказалось очередной реинкарнацией спецслужб, что, по-моему, еще хуже. Постоянно приходится разъяснять, что я не выступаю апологетом Советского Союза: я просто говорю, что Советский Союз был разрушен силами стихии, а не силами реконструкции. Что стихия, энтропия любом случае хуже, чем созидание, хотя и с созиданием в СССР обстояло неважно. То есть это нисходящий тренд, и во что он упрется, я не знаю. Когда-то многие (например, такой социопсихолог, впоследствии эмигрировавший) писали, что, вероятно, нас ожидает распад до атомарного уровня (распад общества, в смысле), до абсолютного разброда, не знаю. Но то, что нисходящий тренд очевиден и что следующая власть будет глупее, может быть, недальновиднее, а, может быть, прекраснодушнее, но неопытнее, чем нынешняя, – это, по-моему, совершенно очевидно. И кто бы к этой власти ни пришел, я очень этому человеку не завидую.
Наверное, на волне первоначального облегчения от разнообразных идиотизмов, от репрессий, от лжи тотальной на какое-то время воссияет добродетель, но это очень будет недолгим, и самое главное сейчас (это, пожалуй, главная проблема нашей эпохи) – это то, что людям не хочется быть хорошими. Какое-то время назад для них еще было престижно быть умными или казаться себе гуманными, по крайней мере. Сегодняшний человек в России наслаждается падением, он пребывает в экстазе падения, ему нравится быть плохим. Это очевидно в любом совершенно общественном обсуждении, на любой телепрограмме, в любом блоге – мы видим такой экстаз самоумаления, самоужесточения, демонстрацию худшего, что-то вроде такого эксгибиционизма трупного, который описан у Достоевского в очень скучном, но довольно страшном рассказе «Бобок»: а что может быть скучнее кладбища, действительно? Довольно жуткое это впечатление производит, конечно.

Какие проблемы и способы их решения я вижу в современной системе образования? Так называемую «скрытую безработицу» прежде всего: то, что, по моим ощущениям, 90 процентов людей работают не по той специальности, которую получают в вузе. Это ужасно, это иначе не назовешь, это катастрофа. Люди учатся не тому, чем занимаются, люди живут в какой-то системе, абсолютно неадаптированной к современным реалиям, а большинство получают образование только в порядке отсрочки от армии или от жизни. Потому зачем сегодня высшее образование, когда в стране осталось так мало профессий, требующих фундаментального образования? Страна ведь, в общем, низведена до обслуги: она обслуживает либо трубу, либо тех, кто эту трубу охраняет. По большому счету, я не очень себе представляю в России какой-то интеллектуальный прорыв, и если он осуществится, то он осуществится вопреки, а не благодаря заботам власти.

Яркие высказывания покойного академика


Российский академик и лауреат Нобелевской премии по физике Жорес Алферов умер в субботу в возрасте 88 лет. Свои соболезнования в связи с его смертью выразили президент России Владимир Путин, а также российские политики и ученые.

"Глава государства отметил огромный вклад великого российского ученого в развитие российской и мировой науки, отметил твёрдую гражданскую позицию и роль, которую он сыграл в общественной жизни страны", - сказал журналистам пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, передает РИА Новости.

Соболезнования родным и близким академика также выразил Геннадий Зюганов, глава фракции КПРФ, депутатом от которой являлся Алферов. "Такие люди - гордость нашей страны, нашей нации, и мы гордились тем, что он работал в нашей фракции в Госдуме", - сказал он Интерфаксу.

"Он был очень твердым и, может быть, единственным человеком, который в трудные годы защищал фундаментальную науку. Думаю, что если бы не Жорес Иванович, не его принципиальность в то время, трудное время, нам бы сейчас досталось еще худшее наследство", - сказал РИА Новости ректор МГУ Виктор Садовничий.

"Мы потеряли выдающегося ученого, который оставил очень яркий след в мировой науке. Наука была его жизнью и страстью. Открытия, за которые он получил Нобелевскую премию и которые теперь навеки связаны с его именем - создание полупроводниковых гетероструктур, на многие годы определили прогресс в электронике и информатике", - сказал об Алферове вице-президент Российской академии науке Владимир Фортов.

Русская служба Би-би-си собрала яркие высказывания ученого.

О государстве

"Происходящее сегодня толкает меня стать либералом. Потому что государственником можно быть, когда государство заботится о своих гражданах. Но если гражданина заставляют платить за образование и медицинское обслуживание, пенсию накапливать из собственных средств, жилье и коммунальные услуги оплачивать полностью, по рыночной цене, то зачем мне такое государство?! С какой стати я должен еще платить налоги и содержать безумную армию чиновников? Я всегда на всех уровнях говорил, что здравоохранение, образование и наука должны обеспечиваться из бюджета. Если государство сваливает эту заботу на нас самих, пусть исчезнет, нам будет гораздо легче!" (из книги "Власть без мозгов. Кому мешают академики").

О советской власти

"Советская власть обидела миллионы людей, но по своей природе это была власть народная. Советы были рождены в 1905 году самим народом, их не придумал Ленин или Сталин, они возникли из движения масс против реального угнетения. Конечно, у этой власти была масса ошибок и прямых преступлений, но нужно учитывать одну вещь: при всех отрицательных моментах это была первая более-менее удачная (потому что продолжалась 70 лет) попытка создания государства социальной справедливости".

О распаде СССР

"Убежден, что разрушение Советского Союза было, есть и надолго останется самой большой трагедией ХХ века, прежде всего для народов бывшего СССР. От этого выиграла небольшая кучка партократов-плутократов и национальные элиты, возглавившие созданные на основе союзных республик новые государства. Подавляющее большинство населения оказалось обмануто и сегодня влачит жалкое существование, еле сводя концы с концами".

О российском образовании

"Когда мы запустили спутник, Эйзенхауэр и Кеннеди сказали, что русские выиграли космическую гонку не на ракетном полигоне, а за школьной партой. Когда я в 1970 году читал лекции в одном из американских университетов, я был поражен крайне низкому уровню американских студентов 1-2 курсов. Сейчас, когда я слышу ответы некоторых школьников в ЕГЭ, я уже поражаюсь в другую сторону" (из интервью екатеринбургскому изданию nakanune.ru, 2013 год).

О российской журналистике

"Мне часто приходится, особенно после получения Нобелевской премии в 2000 году, общаться с журналистами. И я могу сказать, что профессиональный уровень журналистики у нас крайне невысок. [Раньше] он [журналист] готовился к этому [интервью]. Он задавал разумные вопросы. Он изучал проблему, и потом получалась совместная беседа, которая приносила пользу. Сейчас очень часто молодые журналисты приходят ко мне, а потом, когда они мне дают свои материалы, мне просто нужно писать это заново - они вообще так ничего и не поняли. Есть хорошие журналисты, но их не так много" (цитата по РИА Новости).

О российской экономике

"Привычнее торговать нефтью, но её запасы не бесконечны. Между тем один грамм лазерной гетероструктуры по цене эквивалентен 10 тоннам нефти, а чипы на базе одной пластины диаметром 300 мм - уже 40 тоннам нефти. Так не пора ли подумать о будущем?" (из интервью "Российской газете", 2003 год).

О религии и РПЦ

"Я атеист независимо от того, что я физик. Среди физиков я могу найти и верующих людей. Но конечно, среди научных работников атеистов больше".

"Я считаю, что наука и религия могут иметь общие точки, проповедуя нравственность, занимаясь проблемами высокой морали. Но есть одна деталь. Мы можем обсуждать, говорить, но научных основ у религии нет, вот и всё. А часто ведущие священники хотели бы, чтобы это было".

"Что касается Русской православной церкви, то у меня очень простое и доброе к ней отношение по одной простой причине. Я просто считаю, что за последние два десятилетия славянский мир понес огромные потери. Была разгромлена Югославия, перестал существовать великий триумвират России, Украины и Белоруссии. Православная церковь - это та церковь, которая отстаивает единство славян" (из интервью телеканалу "Дождь", 2012 год).

О российской науке и РАН

"Основная проблема российской науки - не только в ее по-прежнему низком финансировании. Основная проблема - невостребованность обществом результатов научных исследований. Путей решения этой проблемы много. Но прежде всего не надо ссориться с академиками, [надо] не реформировать Академию, а посмотреть на результаты ее работы".

"Я лично считаю, [главное] в позиции президента Академии наук - никоим образом не встревать в политическую борьбу, потому что это ничего хорошего не принесет" (цитата по РИА Новости).

Мотивы выбора юридической профессии и ухода из нее

Анализ полуструктурированных интервью с респондентами, которые оставили профессию юриста, показал, что уже на этапе ее выбора основной мотивирующий фактор — само по себе высшее образование как необходимая стартовая база для построения карьеры. И создание этой базы связывается прежде всего с наиболее легким, в представлении респондентов, путем. Почти все они говорят о том, что искали профессию, фактически «идя от обратного» — от признаваемой ими неспособности к освоению точных наук. Таким образом, основания выбора — относительная легкость поступления и престижность «гуманитарной» профессии. «Когда наступил момент опре- деляться с будущей профессией… тут уже вопрос встал ребром, что к точным наукам мы не способны… Поэтому оставались гуманитарные предметы вроде опять-таки истории или обществознания» (женщина, Хабаровск, № 31). Выбор юридического образования может «исправить» неудачу в выборе другого «гуманитарного», в одном из случаев — исторического, образования. Получение юридического образования может представлять собой осуществление семейного проекта по повышению социального статуса. При этом ориентир, как правило, — признание профессии в обществе. В одном из случаев выбор юридической профессии формировался в основном родителями респондентки, которые не только не были связаны с юриспруденцией, но и не имели высшего образования. Эта стратегия нацелена не на профессиональную карьеру, а на получение высшего образования, необходимого в жизни для получения положения в обществе и дохода: «…в это время вообще все хотели учиться на юристов… если спросишь у кого-то: “Ты где учишься?”, и они говорят: “В юридическом”... все сразу как-то так с уважением относились…». Однако такой способ повышения социального положения оказывается непрочным из-за ощущения его «незаработанности» (слабой профессиональной идентичности, невысокого качества полученного образования): «Конечно, сейчас мама моя довольна, она говорит родственникам о том, что дочка — юрист… Но у меня такое ощущение, что это какая-то подделка… У меня есть высшее образование, и этим я довольна». Ощущение «фальшивости» полученного статуса стало одним из основных мотивов ухода из профессии (условия рынка труда в интервью отходят на второй план): «я бы не набралась смелости пойти и работать юристом… искать работу я бы не стала».
Различия между теми, кто впоследствии покинул профессию, и теми, кто остается в ней, особенно ярко проявляются в отношении к общественно- производственной практике в процессе обучения: те, кто отрицательно оценивает влияние пройденной в вузе практики на развитие профессиональной карьеры, чаще не работают по юридической специальности (45% против 26% тех, кто работает по специальности). Причиной ухода из профессии респонденты часто называют негативный опыт столкновения с практикой профессиональной деятельности во время учебы в вузе или сразу после него. Этот опыт выявлял отсутствие интереса к профессии: «Я… совершенно точно скажу, что после первого курса, после первых практик... мягко говоря, охладел к этому» (мужчина, Ставрополь, № 17). Некоторые останавливаются на негативных обстоятельствах столкновения с практикой профессиональной деятельности, вызвавших отторжение: «Очень не понравилось мне, как все там устроено… много бумаг… И наш закон, наше исполнение закона… — мне не понравилось, как это делается и какими способами» (женщина, Новосибирск, № 18). При этом подчеркивается, что именно отсутствие стремления работать по профессии подтолкнуло не мириться с негативным опытом работы: «Я поняла, что это не мое, не хочу этим заниматься… А поскольку мне было абсолютно все равно, я просто собралась и ушла» (женщина, Новосибирск, № 20).
Из статьи Поповой И.П. Карьерные траектории выпускников-юристов в рамках и вне профессии